Jump to content

о. Иоанн Навродский/Навроцкий - кавалер ордена Красной Звезды


Recommended Posts

Несколько фотографий из архива о. Иоанна Навродского(Навроцкого) - человека интересной судьбы.

 

Сперва некоторая информация о данном человеке из Сети:

 

Навродский(в некоторых источниках Навроцкий) Иван(Иоанн) Владимирович)(1900 – 1961) – православный священнослужитель. Окончил богословский факультет Варшавского университета(2.04.1931 - ?). 5.04.1931 - диакон, в 7.04.1931-18.03.1932 служил в св. Свято-Николаевской церкови д. Смоляница, с 1.08.1937 и по 02.09.1961 - Св.-Петро-Павловская церковь г.п. Ружаны. Протоиерей (с 1944 г.) Умер 2.09.1961.

Внучка Иоанна Навроцкого Екатерина Митянок, живущая в Пинске, в живых своего деда уже не застала, однако в семье о нем вспоминали как об удивительно строгом, но одновременно добром и душевном человеке. Он был ровесником века — родился в 1900 году в Украине в духовной семье. К началу Великой Отечественной пережил немало. В 1917 году красные расстреляли отца и младшего брата Владимира — учащегося реального училища. Самого будущего священника с началом советско-польской войны 1920 года мобилизовали в Красную Армию, он участвовал в наступлении на Варшаву.

Попал в польский плен, сидел в концлагере, затем отправлен на вольные лесозаготовительные работы в Беловежскую пущу. Граница разделила его с матерью.

В Польше Иван Навроцкий поступил в Варшавский университет на православное отделение теологического факультета. Чтобы оплачивать учебу, летом студент трудился в знакомой ему Беловежской пуще. Его будущая жена занималась на медицинском факультете Варшавского университета, однако успела окончить всего три курса, пояснила внучка Екатерина. Лидия Ивановна тоже была дочерью священника, служившего в Новоберезово, что под Белостоком. После окончания университета молодые обвенчались, священником в Ружаны Иоанн Навроцкий был назначен в 1937 году после службы в Каменце. По воспоминаниям родных, у пары были идеальные отношения, они во всем поддерживали друг друга. Отсутствие возможности вести православное воспитание молодежи, недостаток средств, контроль польских властей — вот основные проблемы прихода в то время. Возглавивший в 1937 году Ружанский приход священник Иоанн Навродский столкнулся со всеми этими проблемами и понес их на своих плечах.

Вскоре польские власти разрешили православным ученикам ружанской школы изучать Закон Божий, который и стал преподавать отец Иоанн со своей матушкой Лидией Ивановной.

Настал 1941 год. Впереди было три тяжелейших года оккупации. В церкви делают лазарет-тюрьму. Вокруг храма, под охраной размещались пленные. В самой церкви находились раненые, а за царскими вратами, в алтаре была устроена операционная и на престоле делали операции. Отец Иоанн, рискуя жизнью, смог организовать постоянное горячее питание для пленных и раненых красноармейцев. Каждый день он и прихожанки с ведрами и бачками приходили в церковь и кормили их.

В 1942 году немецкие оккупационные власти выселили отца Иоанна с семьей и диаконом из дома, где они жили. А в доме разместилась антипартизанская спецгруппа. Тогда же во дворе дома кем-то был убит комиссар города, и, чтобы не впутывать в карательные операции гражданских, священника пересилили в пустой заброшенный дом.

Больше священники ружанской церкви в бывший монастырский церковный дом так и не возвращались, потому что после войны советская власть использовала его под свои нужды (долгое время в нем располагалась туристическая база).

После прихода советских войск в 1944 году и в последующие годы отец Иоанн постоянно вызывался на допросы в НКВД. После смерти отца Иоанна (02.09.1961) его родные и близкие узнали, что за героические действия по спасению раненых воинов в 1941 году, он был награжден орденом Красной Звезды. Этот факт долго скрывался и стал известен только после его смерти.

________________________

В первые месяцы войны территорию местной церкви фашисты превратили в тюрьму для пленных. Священник Иоанн Навродский сумел организовать в храме лазарет, где даже оперировали раненых бойцов.

В первые дни немцы не разрешали хоронить убитых. Не дозволено было и помогать раненым красноармейцам. В этот непростой момент местный священник Иоанн Навроцкий, который свободно изъяснялся по-немецки, отправился к представителям германского тылового командования. Вызвался сагитировать местных жителей похоронить погибших и собрать раненых. Объяснение было простым: угроза эпидемии. Вывесили «обвещение», чтобы люди шли закапывать мертвых, собирать раненых и свозить к церкви. Отец Иоанн открыл храм и наказал прихожанам доставлять чистую солому, которую стелили на пол

Матушка Лидия занялась внутренним устройством лазарета в церкви, когда начали свозить раненых. Нужны были стерильные перевязочные материалы. Всем прихожанкам она объяснила, как старое белье порвать на лоскуты, сшить их подлиннее, выстирать и проутюжить горячим утюгом. Их скручивали, как бинты, и в ошпаренных ведрах с крышками приносили в церковь. Еще в ведрах «потайно» носили еду. Рассказывая про эту пищу для раненых, жители Ружан вспоминают, как матушка Лидия просила делать варево «нишчымным», то есть легким, диетическим.

Однако главным было организовать лечение, и прежде всего срочные хирургические операции. Вышло так, что среди спасенных оказался советский военврач Виктор Лекомцев. Он оперировал в алтаре на столе, который находился под иконой с изображением Иисуса Христа, вручающего ключи апостолу Петру. И хотя ранения были тяжелыми, многих удалось спасти, причем местные жители приписывают чудесные исходы тому, что «под иконами все делалось». Есть свидетельства послевоенного времени от выживших солдат об истории их чудесного спасения, а также письма самого Лекомцева...

Иоанн Навроцкий проявил себя и в другом случае, когда на волоске оказались жизни всех ружанских представителей сильного пола. Через поселок пробирались двое советских окруженцев. Для отдыха они спрятались на чердаке одного дома. Отлежались, начали сквозь щели осматривать окрестности. По улице ехал немец на мотоцикле. Те и пальнули по нему с чердака. Враги ответным огнем разнесли дом, а после взялись за мирных жителей местечка. Их интересовало, кто укрывал красноармейцев? Всех мужчин, начиная с подросткового возраста, согнали под дулами автоматов за церковную ограду. Возможно, их ждал расстрел, однако отец Иоанн отправился в немецкую комендатуру. За ним по улице двигалась толпа плачущих жен и матерей. Одним жестом священник приказал всем замолчать, а сам вошел к коменданту. Он лично поручился перед немецкими оккупационными властями: никто из жителей не причастен к гибели немецкого солдата. В качестве гаранта спокойствия в местечке священник предложил в заложники себя, свою жену Лидию Ивановну и двух малолетних дочерей — Лиду шести лет и годовалую Милочку. Случилось невероятное: немцы вняли мольбам священника и отпустили ружанцев...

Батюшка и в дальнейшем не раз рисковал своей жизнью, помогая скрываться бежавшим из плена красноармейцам и переправляя их в партизаны.

Кроме того, когда каратели сожгли деревню Байки, то двоих раненых и обожженных доставили каким-то образом в дом священника, и Лидия Ивановна перевязывала их. Примечательно, что эта семья помогала и местным евреям, которые прятались в руинах дворца магнатов Сапег. По воспоминаниям дочери Лидии, в годы войны у Навроцких за нехитрый обед усаживалось больше десятка человек. Отец Иоанн приютил двух жен своих однокашников по университету: одного расстреляли немцы, другого — партизаны. У одной вдовы было пятеро детей, у другой — маленькая дочка. Нашлось место и для жены красного командира с дочкой.

Однако не всех раненых удалось спасти. Иоанн Навроцкий составил списки из 26 имен с указанием информации о каждом из них, а после войны передал их в НКГБ. Однако на многие десятилетия эти сведения пропали. Два года назад руководитель поисковой группы «Бацькаўшчына» случайно обнаружил их в архивах Подольска и обнародовал в интернете. К Александру Дударенку стали обращаться родственники погибших солдат, у некоторых даже сохранились фотографии людей, указанных в списках. Сами воины были из разных уголков Советского Союза. К примеру, Умербай Нигамеджанов — из Каркунгая Семипалатинской области, Александр Кравченко — из деревни Сергеевка Яблоновского района Черниговской области, Пантелей Федосов — из села Лямшево Орловской области. К спискам также было приложено письмо Павла Белоконева из туркменского Красноводска (орфография сохранена): «Товарещи я красноармеец Белоконев Павел Тихонович прошу Вас товарещи кто поимееть виликого щастия посли боя останица жив то прошу я Вас товарещи передайте моей симе о том что погип Белоконев Павел Тихонович. Мой домашний адрес Т.ССР г. Красноводск улица 1 мая дом № 18 получить Белоконевой Надежде Никалаевне».

Некоторым потомкам удалось почтить память своих близких, лично приехав на могилу павших воинов. Так, заведующая Ружанской горпоселковой детской библиотекой Ирина Дулько связалась со своей коллегой, библиотекарем из Копейска Челябинской области Татьяной Александровой. Та помогала внукам сделать презентации о родственниках — участниках войны. Искала информацию о братьях своего отца Михаиле и Алексее, пропавших без вести в годы войны. И выяснила, что ее дядя, Михаил Денисович Александров, есть в «списках отца Иоанна». Спустя 74 года потомки как будто получили похоронку на родного человека. Вместе с дочерью Татьяна Сергеевна уже дважды побывала в Ружанах, а в октябре этого года привезла фотографию своего дяди. 9 мая 2017 года в составе «Бессмертного полка» его портрет школьники пронесут по улицам поселка.

Как сложилась дальнейшая судьба человека, который пытался спасти раненых?

В апреле 1945 года к начальнику Ружанского районного отделения НКГБ Русанову обратился священник Ружанской церкви отец Иван (в миру - Иван Владимирович Навродский), сообщивший, что у него находятся списки и сохранившиеся документы воинов Красной Армии, которые июне-июле 1941 года, будучи тяжело ранеными, были размещены в помещениях Ружанской церкви и впоследствии умерли от полученных тяжелых ранений. Умерших воинов отец Иван лично хоронил на русском кладбище в г. Ружаны и в ограде церкви. А один из умерших похоронен в колонии Константиново (теперь - часть Ружан, находящаяся за мостом, на восточном берегу Ружанки). 5 апреля 1945 года эти списки и документы были отправлены начальником Ружанского РО НКГБ в г. Москву в адрес Начальника Управления по учету индивидуальных потерь РККА. Здесь, часть документов была отправлена в Центральный архив МО, 2 красноармейские книжки отправили в историко-архивный отдел НКО, а пропуск в военный городок на имя Гордеева и удостоверение шофера на имя Петрова просто сожгли, о чем на обороте документа и написали. И с той поры о них забыли…

Не раз в послевоенные годы Навродского вызывали на допросы в органы. Отец Иоанн умер в сентябре 1961 года, его могила находится недалеко от захоронения красноармейцев. Только после его смерти родные и близкие узнали, что за героические действия по спасению раненых воинов он был награжден орденом Красной Звезды. Этот факт долго скрывался и стал известен только после его смерти. Матушка Лидия Навроцкая прожила долгую жизнь — 83 года, и всегда хранила память о своем муже. Их дочь Милочка умерла в 17 лет — порок сердца, а у дочери Лидии родилось двое детей, трое внуков. К сожалению, фамилию Навроцкого никто из них не взял.

Примечательный факт: портрет настоятеля церкви в Ружанах протоиерея Иоанна Навроцкого написала художник Любовь Громыко для галереи святых новомучеников и исповедников Минской Епархии в годы безбожных гонений, жизнь свою за Христа положивших, которая находится в приходе иконы Божией Матери «Всех скорбящих радость».

 

Источники:

http://forum.vgd.ru/...dforum_view&o=и

http://www.tvr.by/mo..._2014_07_13_00/

http://pravoslavie.b...ra-i-pavla-1675

http://sources.ruzhany.info/50.html

post-679-0-41269500-1498340286.jpg

post-679-0-80118200-1498340305.jpg

Link to post
Share on other sites

Фото 2. о. Иоанн Навродский( в центре, в белом подряснике), группа мирян и духовенства. д. Покры, 7 июля 1936 г. Сегодня д. По́кры (белор. Покры) находится в Брестском районе Брестской области, Беларусь. Входит в состав Чернавчицкого сельсовета.

post-679-0-41879700-1498340738_thumb.jpg

post-679-0-39055300-1498340843.jpg

post-679-0-37305800-1498340849.jpg

Link to post
Share on other sites

Фото 3. Студенты(?) Теологического факультета. г. Варшава, 6 февраля 1938 г. о. Иоанн Навродский – 4-й слева в верхнем ряду.

post-679-0-71329200-1498341255_thumb.jpg

Link to post
Share on other sites
  • 1 year later...

И. Навродский - студент(?) православного теологического факультета Варшавского университета. г. Варшава. 02.07.1928 г.

post-679-0-79162300-1557143403_thumb.jpg

Link to post
Share on other sites

отец Иоанн Навродский (сидит 2-й слева в 1-м ряду) и группа православных студентов(?) и преподавателей(?) Теологического факультета. г. Варшава, 27.05.1931(?) г.

post-679-0-48038100-1557143610_thumb.jpg

Link to post
Share on other sites

Из архива Иоанна Навродского: студенты 2-го курса теологического (православного) факультета Варшавского университета. г. Варшава, 1937-1938 (?) гг.

post-679-0-76007200-1557143838_thumb.jpg

Link to post
Share on other sites

Документ из красноармейского прошлого отца Иоанна Навродского - периода службы в 3-м лёгком дивизионе 21-й дивизии РККА. 30.04.1920 г. Впереди плен и лагерь для военнопленных.

post-679-0-25268300-1557144115_thumb.jpg

Link to post
Share on other sites

Интересное письмо о. Иоанна, адресованное военному врачу Виктору Алексеевичу Лекомцеву, с которым они пересеклись в начальный период войны, когда военврач 3-го ранга Лекомцев, сам будучи в плену, занимался лечением раненых советских военнопленных, размещённых немцами в Ружанской церкви. Операции проводились на столе прямо в алтаре храма (см. биограмму И.Навродского).

Помимо рассказа про общих знакомых и их судьбу в годы оккупации и после 1944 г., о. Иоанн просит выслать ему бумагу, где В.А.Лекомцев может подтвердить его участие в спасении советских военнопленных в годы войны.

Письмо, написанное 1 мая 1945 г. и отправленное к месту службы Лекомцева не нашло адресата, выбывшего к тому времени в другую часть и вернулось к отправителю.

 

Письмо. стр. 1

post-679-0-03988100-1557144802_thumb.jpg

Link to post
Share on other sites

О В.А.Лекомцеве:

 

Лекомцев Виктор Алексеевич (5 февраля 1909 - 1969 ) - врач, участник партизанского движения и ВОВ. На 1939-1941 - военврач 3-го ранга. На 1945 - майор медицинской службы. Заслуженный врач РСФСР (1960 г.).

Родился 5 февраля 1909 года в Уфе, в семье железнодорожника. По окончании школы работал чернорабочим, землекопом, молотобойцем, бетонщиком, на торфоразработках около Шатуры, строил кожкомбинат в Москве, Московское метро. Принимал участие в строительстве двух зданий в Москве, в одном из которых находилось Министерство сельского хозяйства, в другом – Дом книги. Затем поступил во 2-й Московский медицинский институт и в 1936 году успешно закончил его. В качестве врача был призван в армию. Участвовал в советско-финской войне. С 1939 по 1941 год - военврач третьего ранга Лекомцев служил в должности врача медсанчасти автобатальона 7-й танковой дивизии, расположенной в Волковыске Гродненской области. Дивизия, в которой он находился, попала в окружение. Виктор Алексеевич только за один из первых дней войны он провел 17 операций. Во время эвакуации на восток одном из поездов, во время бомбёжки, погибла семья Виктора Алексеевича – жена и четырехлетняя дочь. 24 июня 1941 года, при сопровождении раненых в тыл, Лекомцев попал в плен. Пленных привезли в город Ружаны и поместили в церкви (всего было более 600 человек). В Ружанах В.Лекомцев познакомился с местным священником Иоанном Навродским, оказывавшим раненым пленным активную помощь. Позднее они состояли в переписке.

В течение пяти дней пленных не кормили и не давали даже воды. В результате такого обращения и ранений умерли более ста человек. Виктор Алексеевич вместе с фельдшером Аркадием Пилипенко оказывал помощь раненым. Затем их несколько раз перевозили с места на место и окончательно разместили в Брестском лагере для военнопленных. Лекомцев решил бежать из немецкой неволи. План побега долго разрабатывали с лазаретными врачами. Побег был совершен с 9 на 10 ноября 1941 года. Пробираясь от деревни к деревне, они добрались до села Куриловичи Мостовского района Гродненской области и здесь остались на зиму, обслуживая жителей этих мест как медики. Там встретился со своей будущей женой - Верой Петровной Сонец(Лекомцевой). С весны 1942 года Лекомцев стал партизаном в отряде имени Щорса – минером, пулеметчиком, врачом. С октябре 1942 г. - врачом диверсионного отряда Бринского. Главной заботой Лекомцева был лазарет, но он также ходил на задания с оперативными группами, участвовал в боевых операциях, в том числе в диверсиях на железной дороге. 23 февраля 1943 года Лекомцев оперировал легендарного командира партизанского отряда «Сокол» К.П. Орловского ( см. https://ru.wikipedia.org/wiki/Орловский,_Кирилл_Прокофьевич ). Орловский был тяжело ранен и контужен в бою. Опасная бритва заменила скальпель во время операции. С помощью этого инструмента была произведена ампутация правой руки по плечо и четырёх пальцев на левой. Операция была произведена без наркоза.

Вот как сам Кирилл Орловский описывает то, что было: «Я был сильно ранен. Не знаю, почему я не истёк кровью. Видимо, снег, пропитанный кровью, стал как бы повязкой. В нашем отряде нет врача. Пришлось везти меня в соседний отряд. Врач думал, что без наркоза я не выдержу операции. Я сказал: «Давайте без наркоза». Врач ответил: «У меня нет пилы.» Пилу ему добыли. Слесарную пилу-ножовку. Ее наточили, вычистили наждаком, выварили в кипятке. Операцию решили делать на открытом воздухе- в землянке темно. Вбили в снег колья, на них положили лыжи. Но недолго мне пришлось лежать на этом хирургическом столе. Фашисты устроили облаву. Меня взвалили в сани , забросали полушубками и увезли километров за тридцать. Я ждал, пока закончится бой. Тогда врач закончил операцию, а до этого ему было некогда – он работал за второго номера у пулемета.Понимаете, как много я вытерпел, но чтобы жить, стоило это вытерпеть».

Опасная бритва хирурга партизанского отряда В.А.Лекомцева, с помощью которой он сделал операцию 23 февраля 1943 г. командиру партизанского отряда Орловскому К.П., демонстрируется в зале «Медицина в годы Великой Отечественной войны» Военно-Медицинского музея в г. Москве.

После Белоруссии Лекомцев партизанил на польской земле. С приходом Красной Армии он стал врачом в медсанбате(на 1945 г. служил в 121-м медсанбат 20 гвардейской стрелковой дивизии ( в\ч 61232)) и дошел со своей частью до Чехословакии, воевал в Берлине, на Эльбе.

Награжден орденами Отечественной войны I и II степени, польским орденом «Польский крест партизанский», медалями «За взятие Берлина», «За взятие Кенигсберга», «Партизану Отечественной войны», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.» и другими.

После Победы и демобилизации Виктор Алексеевич нашел Веру Петровну в деревне Малые Озерки. Вместе с супругой решили ехать в Сибирь. Так бывший майор медицинской службы стал ведущим хирургом в Муромцевской районной больнице. Здесь он получил звание заслуженного врача РСФСР.

Являясь профессионалом своего дела, Виктор Алексеевич, кроме этого, обладал многими другими знаниями: хорошо владел немецким языком, увлекался шахматами, наизусть читал «Евгения Онегина», цитировал многих философов. Его интересовало все новое, что происходило в жизни. Он не пропускал ни одного нового фильма, всегда старался посетить кинотеатр, часто занимался в читальном зале районной библиотеки, вел огромную переписку с боевыми товарищами, и это все при том, что долгое время являлся единственным хирургом в районе. За десять лет работы в больнице таежного района Виктор Алексеевич сделал до шести тысяч операций и многим людям спас жизнь. О нем писали в центральных газетах Советского Союза – в «Известиях», «Советской России» и др. Была также напечатана статья о нем в центральной газете Китайской Народной Республики «Женьмин жибао». Постоянная жизнь на пределе, полная самоотдача не прошли без последствий для врача – не выдержало сердце Виктора Алексеевича. Он умер в 60 лет от инфаркта на рабочем месте. Похоронен на Муромцевском кладбище.

Постановлением главы администрации Омской области от 17 сентября 1994 года могила заслуженного врача РСФСР В.А. Лекомцева объявлена памятником культуры и принята на государственный учет и охрану.

Виктор Алексеевич и Вера Петровна Лакомцевы воспитали двоих детей - Владимира (1943 г.р) и Надежду(1946 г.р.)

Подробнее:

http://www.nashkraj....lla-orlovskogo/

https://vk.com/@milm...da-va-lekomceva

post-679-0-15398100-1557144966_thumb.jpg

post-679-0-41153000-1557144974_thumb.jpg

Link to post
Share on other sites
  • 10 months later...

Как выяснилось, после попадания в польский плен в 1920 г. бывший красноармеец И.Навродский, по видимому, являлся участником каких-то антисоветских вооруженных формирований, сражавшихся против большевиков в 1920-21 гг.

Доказательством тому может служить этот занятный документ о том, что в отношении Навродского была применена амнистия ВУЦИК 1922 г. и он получил право возвратиться в Советскую Украину. Но, видимо, этой возможностью так и не воспользовался...

post-679-0-85719600-1584303283_thumb.jpg

post-679-0-05626800-1584303425_thumb.jpg

Link to post
Share on other sites

Самая последняя на сегодня краткая компиляция жизнеописания о. Ионанна Навродского.

 

Навродский (в некоторых источниках - Навроцкий) Иван/Иоанн Владимирович (1900 - 02.09.1961 – православный священнослужитель. Протоиерей (1944).

Родился в 1900 г. в г. Словянск Харьковской губернии в семье священнослужителя.

Отец - Навродский Владимир Феодосиевич - на 1903-1904 гг. - диакон при Свято-Крестовоздвиженской церкви в г. Изюм Харьковской губернии, на 1906 - священник храма Рождества Пресвятой Богородицы в слободе Мартовая Хотомлянской волости Волчанского уезда Харьковской губернии (сегодня - Мартовое (Мартовая; укр. Мартове) — село в Печенежском районе Харьковской области Украины.), на 1908 г. - священник церкви Архангела Михаила в той же слободе Мартовой. В Мартовой о. Владимир Навродский продолжал служить и на 1915 г. В целом, Навродские - весьма известная фамилия среди духовенства Харьковской епархии. К примеру, вероятно, дядя (родной брат отца ) - Навродский Григорий Феодосиевич на 1904 г. был священником Воскресенской церкви в г. Славянске.

В период Гражданской войны, отец Ивана Навродского - священник Владимир Феодосиевич Навродский и младший брат Владимир, учащийся реального училища, были расстреляны красными.

В период советско-польской войны Иван Владимирович Навродский был мобилизован в Красную Армию. На 19-30.04.1920 г. находился в г. Екатеринодаре в составе 3-го лёгкого артиллерийского дивизиона 21-й дивизии. Участвовал в наступлении на Варшаву. Попал в польский плен, сидел в лагере для военнопленных.

Судя по тому, что после обращения в 1923 г. в Полпредство СССР в Варшаве в отношении И. Навродского была применена амнистия ВУЦИК от 12 апреля 1922 г., можно утверждать, что Иван Навродский после подпадания в польский плен участвовал в каких то антисоветских воинских формированиях, куда активно привлекались и бывшие военнопленные красноармейцы.

Первая амнистия Всеукраинского Исполнительного комитета имела место ещё 30 ноября 1921 г., но коснулась лишь крестьян и рабочих. А 12 апреля 1922 г. политическая амнистия была распространена на всех других лиц, находившихся за границей и служивших в различных антисоветских армиях ("подарувати повну персональну амністію всім, що є закордоном особам українського громадянства", які брали участь в військових організаціях Скоропадського, Петлюри, Денікіна, Врангеля і інших ворогів Робіниче-Селянської Держави") (за исключением 7 «закоренелых преступников», к примеру Н.Махно, Б.Савинкова, С.Петлюру и др.).

После подписания Рижского мирного договора 1921 г. и окончания боевых действий на польско-советском фронте, со слов внучки о. Иоанна, Екатерины Митянок, Иван Владимирович работал на лесозаготовках в Беловежской пуще.

Известно, что как раз в тот период Станиславу Булак-Балаховичу была предоставлена лесная концессия в Беловежской пуще и возможность взять из лагеря для интернированных часть военнослужащих своей бывшей армии для работы на лесоразработках. Своих бывших солдат Балахович расселил в районах Беловежы, Гайновки и Наревки. Известно, что как минимум с 1923 г. Навродский работал как раз в Наревковском Надлесничестве. Поэтому чисто теоретически можно предположить, что в своё время служил он мог именно в формированиях Булак-Балаховича.

Граница разделила Навродского с матерью. В 1923 г. он обратился в советское Полпредство в Варшаве за получением права на въезд в УССР на основании амнистии ВУЦИК от 22.04.1922 г. и в сентябре 1923 г. получил визу на въезд, но, возможно, не воспользовался ею. В любом случаи, с 1923 г. И. В. Навродский находился на территории Польши. С 18.03.1923 по 01.03.1926 г. работал в Наревковском Надлесничестве Государственных лесов (Nadleśnictwo Narewkowskie Lasów Państwowych) (сегодня На́ревка (польск. Narewka, белор. Нараўка) - деревня в Хайнувском повете Подляского воеводства Польши недалеко от границы с РБ - прим.) в Беловежской пуще в должности десятника и прошёл практику в канцелярии лесничества при складах материалов и при эксплуатации леса. В этом же Наревковском Надлесничестве Навродский работал в должности манипулятора и выбраковщика с мая 1926 по ноябрь 1927 г., а также в 1927, 1928, 1929 и 1930 гг. на каникулах в период обучения в Варшавском университете и получил самую хорошую характеристику со стороны начальства как очень честный и аккуратный работник, достойный полного доверия. Месячная зарплата И.Навродского в 1929 г. составляла 450 злотых. Работа в лесничестве помогала оплачивать учёбу в университете и проживание в Варшаве.

В 1927 (?) г. Иван Навродский поступил на православное отделение Теологического факультета Варшавского университета (Православный Богословский отдел Варшавского университета). На В период учёбы, на 1929 г., получил право проживания в государственном общежитии для студентов православной теологии Варшавского университета по адресу Варшава-Прага, стык улиц Ягелонской и Виленской.

В годы учёбы И.В.Навродский познакомился со своей будущей супругой Лидией Ивановной, дочерью священника, служившего в Новоберезово, что под Белостоком.

Она окончила частную гимназию Поспеловой в Вильно, училась в Брестской гимназии, в Варшаве училась на зубного техника (на медицинском факультете Варшавского университета(?)), успела окончить всего три курса, но после замужества вынуждена была бросить учебу. На 15.10.1929 г. постоянно проживал в д. Новоберёзово около Гайновки Белостокского (ныне - Подляского воеводства).

Окончил университет 02.04.1931 г. После окончания Иваном университета молодые обвенчались.

С 05.04.1931 г. - диакон, в 07.04.1931-18.03.1932 гг. служил в св. Свято-Николаевской церкови д. Смоляница, до 1937 г. - служил как священник в г. Каменце (сегодня - районный центр Брестской области) с 01.08.1937 по 02.09.1961 г. - настоятель Св.-Петро-Павловская церкови м. Ружаны ( сегодня - городской посёлок Пружанского района Брестской области, РБ).

С момента основания (1934 г.) состоял членом «Братства Православных Богословов в Польше», объединявшего выпускников Православного Богословского отдела Варшавского университета.

По воспоминаниям родных, после присоединения в 1939 году Западной Беларуси к БССР до Навродских дошли слухи, что их, как “социально чуждый элемент” хотят отправить в ссылку. Чтобы сберечь жену и четырехлетнюю дочь от предполагаемой участи спецпереселенцев, глава семьи пошел даже на формальное расторжение брака.

В июне 1940 г. архиепископом Полесским Александром о. Иоанн был награждён золотым наперсным крестом, но до 1942 г. крест так и не получил. Только в период немецкой оккупации резолюцией № 355 от 30.12.1941 г. епископа Городенского и Брестского Венедикта (Бобковского) Иоанн Навродский получает благословение на ношение вышеуказанного наперсного золотого креста.

Особое уважение и известность о. Иоанн получил за свою деятельность в годы войны.

После стремительного немецкого наступления в июне 1941 г. окрестностях Ружанлежали сотни трупов и много раненых красноармейцев. о. Иоанна, зная немецкий язык, направился к представителям немецкого командования, чтобы попробовать их убедить в том, что они приносят вред не только жителям городка, но и своим солдатам: мол, не исключено, что начнется эпидемия. В результате немцы разрешили собирать и хоронить убитых, а раненых свозить в церковь, где стараниями священника Навродского был устроен лазарет. Сама церковь превратилась во временный лагерь для содержания военнопленных - они размещались под охраной вокруг храма. В самой церкви находились раненые пленные, а за царскими вратами, в алтаре была устроена операционная и на престоле делали операции. Операции проводил пленный военврач 3-го ранга Виктор Алексеевич Лекомцев, позднее бежавший из лагеря и присоединившийся к партизанам. 23 февраля 1943 года Лекомцев оперировал легендарного командира партизанского отряда «Сокол» К.П. Орловского. А в 1960 г. получил звание заслуженного врача РСФСР, о нем писали книги, снимали документальные фильмы. Сохранилась переписка священника И. Навродского и Виктора Лекомцева.

Отец Иоанн смог организовать постоянное горячее питание для пленных и раненых красноармейцев. Каждый день он и прихожанки с ведрами и бачками приходили в церковь и кормили их. Матушка Лидия занялась внутренним устройством лазарета в церкви, когда начали свозить раненых. Нужны были стерильные перевязочные материалы. Всем прихожанкам она объяснила, как старое белье порвать на лоскуты, сшить их подлиннее, выстирать и проутюжить горячим утюгом. Их скручивали, как бинты, и в ошпаренных ведрах с крышками приносили в церковь. Однако не всех раненых удалось спасти. Иоанн Навроцкий составил списки из 26 имен с указанием информации о каждом из них, а после войны передал их в НКГБ.

Когда двое советских окруженцев с чердака обстреляли немецкого военнослужащего, все ружанские мужчины оказались под угрозой расстрела. Отец Иоанн отправился в немецкую комендатуру и лично поручился перед немецкими оккупационными властями: никто из жителей не причастен к гибели немецкого солдата. В качестве гаранта спокойствия в местечке священник предложил в заложники себя, свою жену Лидию Ивановну и двух малолетних дочерей - Лиду шести лет и годовалую Милочку. В итоге ружанских мужчин отпустили.

В 1942 г. немецкие оккупационные власти выселили отца Иоанна с семьей и диаконом из дома, где они жили в пустой заброшенный дом. А в доме священника разместилась антипартизанская группа. Тогда же во дворе дома кем-то был убит комиссар города.

Батюшка и в дальнейшем не раз рисковал своей жизнью, помогая скрываться бежавшим из плена красноармейцам и переправляя их в партизаны. Когда каратели сожгли деревню Байки, то двоих раненых и обожженных доставили каким-то образом в дом священника, и Лидия Ивановна перевязывала их. Примечательно, что эта семья помогала и местным евреям, которые прятались в руинах дворца магнатов Сапег. По воспоминаниям дочери Лидии, в годы войны у Навроцких за нехитрый обед усаживалось больше десятка человек. Отец Иоанн приютил двух жен своих однокашников по университету: одного расстреляли немцы, другого — партизаны. У одной вдовы было пятеро детей, у другой — маленькая дочка. Нашлось место и для жены красного командира с дочкой.

Сегодня в школьном учебнике по истории Беларуси в разделе про Великую Отечественную войну упоминается и деятельность ружанского священника о. Иоанна Навродского. Деятельности о. Иоанна в годы войны в 2014 г. вышел репортаж на белорусском телевидении. Появилась статья в республиканской газете «СБ. Беларусь сегодня». В 2017 г. в Новозасимовичском сельском Доме культуры Пружанского района Брестской области состоялось мероприятие, посвященное памяти священника Иоанна Навродского.

После прихода советских войск в 1944 г. и в последующие годы отец Иоанн постоянно вызывался на допросы в органы госбезопасности - интересовались, не был ли белогвардейцем, как попал в Польшу. Трудности переживали и члены семьи Навродского - старшей дочери Лидии, отличнице, специально снизили отметки, чтобы дочь священника не получила медаль. Были проблемы с поступлением в ВУЗ в Ленинграде.

Младшую дочь, Милу, не зачислили в Гродненский медицинский институт только из-за того, что в своей автобиографии она указала, что отец - священник. В результате она тяжело заболела на нервной почве, в дополнение к уже имевшемуся пороку сердца и умерла в 19 лет. Родители очень переживали эту потерю. Буквально через два месяцы после похорон моей сестры 02.09.1961 погиб и отец Иоанн: он попал под колеса автомобиля. Люди говорили, что все было подстроено. Но дочь убеждена, что это только трагическая случайность.

Матушка Лидия Навроцкая прожила долгую жизнь - 83 года, и всегда хранила память о своем муже. У дочери Лидии родилось двое детей, трое внуков.

Примечательный факт: портрет настоятеля церкви в Ружанах протоиерея Иоанна Навроцкого написала художник Любовь Громыко для галереи святых новомучеников и исповедников Минской Епархии в годы безбожных гонений, жизнь свою за Христа положивших, которая находится в приходе иконы Божией Матери «Всех скорбящих радость».

После смерти отца Иоанна его родные и близкие узнали, он был награжден орденом Красной Звезды. Этот факт он скрывал до самой смерти. По утверждению родных награда была получена что за героические действия по спасению раненых советских военнопленных в 1941 г. Однако, это очень маловероятно. Не известны (!) случаи награждения боевыми орденами действующих православных священнослужителей. Да и наградить за одну только помощь советским военнопленным такой наградой не могли.

Обычно священники в годы ВОВ награждались медалями «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.». Известны примеры награждения медалями за «За оборону Ленинграда» и «За оборону Москвы». Известно, хоть и редко, что священники, оказывавшие активное содействие советским партизанам получали медаль «Партизану Отечественной войны II степени». Патриарха Московского и всея Руси Алексия за деятельность в годы войны наградили орденом Трудового Красного Знамени.

Можно лишь предполагать, что если награждение и имело место и этот орден действительно был вручён самому отцу Иоанну, то, вероятно, Красную Звезду священник получил за участие в какой-то боевой секретной спецоперации в годы ВОВ. Либо за деятельность в интересах советских спецслужб на территории Польши в период до 1939 г. Либо, хоть и менее вероятно, но как вариант - в период с 4 июня 1944 г. по 14 сентября 1957 г. орден Красной Звезды вручался за выслугу 15 лет в рядах Красной Армии ( в т.ч. ГРУ ГШ), Военно-Морского Флота, органах внутренних дел и государственной безопасности. Высказанные выше версии объяснили бы и то, зачем священник Навродский в советское время скрывал своё награждение почётной правительственной наградой даже от собственной семьи.

 

Источники:

Новые подробности истории спасения от смерти красноармейцев под Ружанами в первые дни войны// https://www.sb.by/ar...tsa-ioanna.html

Жизнь как подвиг служителя и воина Христова Иоанна Навродского// http://news.ruzhany.info/index10.html

Справочная книга Харьковской епархии"(1904 г.) // http://sobory.ru/article/?object=04259

Харьковская епархия // http://forum.vgd.ru/...92/p1019385.htm

http://forum.vgd.ru/...58/p1359769.htm

http://forum.vgd.ru/...04/p1816565.htm

http://martove.com.u...renko-sklyarova

Мероприятие, посвященное памяти протоиерея Иоанна Навродского, прошло в Новозасимовичском доме культуры// http://ekklisia.by/35414.html

https://www.tvr.by/m..._2014_07_13_00/

Список отца Ивана// http://sources.ruzhany.info/50.html

post-679-0-29092400-1584303636_thumb.jpg

post-679-0-30001800-1584303653_thumb.jpg

post-679-0-98959300-1584303669_thumb.jpg

post-679-0-75302900-1584303676.jpg

Link to post
Share on other sites

Ещё два документа из данного архива: о. Иоанна ценили и церковные власти, а не только Советское правительство.

 

Документ из канцелярии Палесского епархиального управления от 19.06.1940 г. о награждении золотым наперстным крестом.

post-679-0-61312800-1584304385_thumb.jpg

Link to post
Share on other sites

И документ о том же награждении, но уже периода немецкой оккупации. Почему-то золотой крест так и не был возложен на о. Иоанна и потребовалось дополнительное благословение на ношение креста от епископа Гродненского и Брестского Венедикта (Бобковского) в 1942 г. Возможно не было средств оплатить его приобретение?

 

Также не совсем понятный для меня момент. На документе мы видим подпись - благочинный (Косовского благочиния) свящ. Б.Бобковский. Однофамилец епископа? Тем более странно, что имя епископа в некоторых случаях писалось через Б - Бенедикт Бобковский...

post-679-0-13416100-1584304884_thumb.jpg

Link to post
Share on other sites

Надо же - посольство Украинской ССР в Польше! Не знал о существовании самостоятельных "республиканских" дипломатических представительств :scratch_one-s_head:

Link to post
Share on other sites

Надо же - посольство Украинской ССР в Польше! Не знал о существовании самостоятельных "республиканских" дипломатических представительств :scratch_one-s_head:

 

По идее, оно как бы и логично - до 1922 г. - т.е до образования СССР - УССР вроде как было "суверенное" государство. Но честно говоря, с деятельностью дипломатов из советской Украины в Европе не сталкивался :)

Link to post
Share on other sites

Join the conversation

You can post now and register later. If you have an account, sign in now to post with your account.

Guest
Reply to this topic...

×   Pasted as rich text.   Paste as plain text instead

  Only 75 emoji are allowed.

×   Your link has been automatically embedded.   Display as a link instead

×   Your previous content has been restored.   Clear editor

×   You cannot paste images directly. Upload or insert images from URL.

Loading...
×
×
  • Create New...