Jump to content

Генерал-майор юстиции Костромин Александр Александрович


Recommended Posts

Костромин Александр Александрович (1903, д. Лукинки - 2.02.1961, Москва) - советский военный юрист.

Генерал-майор юстиции. Русский. Член ВКП(б). Участник ВОВ.

Родился в семье рабочего водного транспорта в д. Лукинки Кирилловского уезда Новгородской губернии (ныне Кирилловский район Вологодской области).

Из воспоминаний сестры А.А. Костромина Марии Александровны Ганиной:

«Наше сиротское детство было голодным, холодным, даже больно вспоминать. После смерти отца в 1908 году, когда Шуре было пять лет, а мне исполнилось два года, мама работала в богатых кирилловских семьях кухаркой, прачкой, поломойкой. Мама любила нас нежно, горячо, беспредельно, старалась дать нам образование, воспитать честными, скромными, трудолюбивыми. У нас была на редкость дружная и любящая семья, и эта любовь сохранилась на всю жизнь. После окончания Лукинской школы маме удалось через знакомых «господ» устроить Шуру в высшее начальное училище, которое находилось в Кириллове. Уже при Советской власти Шура продолжил обучение в школе второй ступени, расположенной в том же здании. Учился брат хорошо, но через некоторое время вынужден был прекратить учебу, тяжело заболела мама, работать уже не могла, и нашей семье просто не на что было жить. Четырнадцатилетним подростком Саша устроился на баржу матросом. Через год он вернулся домой физически окрепшим, здоровым, почти взрослым. Шуру пригласили на работу в уездный комитет комсомола, вот только не помню в качестве кого. Затем его назначили секретарем народного суда Петропавловского уезда, теперь село Чарозеро. Осенью 1924 года Шура ушел служить в Красную Армию».

До 1924 г. - работа в уездном комитете комсомола и в должности секретаря уездного народного суда.

С 1924 г. - служба в РККА.

2-я пол. 1920-х - 1930-е гг. - после прохождения действительной срочной службы возвращается в родные края и, несмотря на трудности, в вечерней школе получает аттестат о среднем образовании. Работая секретарем народного суда в Кириллове, продолжает обучение на всевозможных курсах, его назначают на должность народного судьи. Александр Костромин поочередно работает судьей в Шоле, Белозерске, Вашках, Великих Луках.

1939 г. - по окончании Всесоюзного заочного юридического института назначается заместителем председателя областного суда в г. Калинине (ныне Тверь).

11.1941 г. - призван в действующую армию Бежецким РВК (Бежецкий р-н Калининская обл.)

C 11.1941 г. - 12.1943(?) - член Военного Трибунала Калининского фронта, председатель Военного Трибунала 2-й Ударной армии Волховского(затем Ленинградского) фронта..

На 12.1943 - 16.07.1944 гг. - подполковник юстиции, заместитель председателя Военного Трибунала Ленинградского фронта.

После 1945 г. - председатель военного трибунала Белорусского военного округа, затем начальником управления в Министерстве юстиции СССР.

19.03. - 04.05.1954 г. - начальник ревизионного управления Военных Трибуналов Министерства юстиции СССР.

На 1955 г. - полковник юстиции. С 1955 по 1961 г. - член Военной коллегии Верховного суда СССР. На этой должности работал до последних дней своей жизни.

12.04. - 26.04.1956 г. - полковник юстиции, член судебного состава Военной коллегии ВС СССР на процессе А.Н. Рапавы и др., М.Д. Багирова и др.

На 12.09.1958 г. - генерал-майор юстиции, заместитель председателя Военной коллегии ВС СССР, председательствующий на процессе генерал-лейтенанта Павла Анатольевича Судоплатова. Похоронен на Новодевичьем кладбище в г. Москве (8 участок, 9 ряд, место 13).

 

Награды:

Орден Отечественной войны II степени (Фронтовой приказ ВС Ленинградского фронта

№: 1056/н от 30.07.1944)

Два ордена Красной Звезды

Медаль «За оборону Ленинграда»

 

Источники:

Смирнов Н. Г. «Рапава, Багиров и другие. Антисталинские процессы 1950-х гг.»// https://www.rulit.me/books/rapava-bagirov-i-drugie-antistalinskie-processy-1950-h-gg-read-438263-142.html

http://novodevichiynecropol.narod.ru/8_lines.htm

https://www.booksite.ru/fulltext/vol_enc/42.htm

Судоплатов П.А. Спецоперации. Лубянка и Кремль 1930–1950 годы. — М.: ОЛМА-ПРЕСС, 1997.// http://militera.lib.ru/memo/russian/sudoplatov_pa/13.html

Реабилитация: как это было. Март 1953 - февраль 1956 гг. //http://pmem.ru/index.php?id=154

Служили три товарища// http://kirsmi.ru/1/index/март/служили-три-товарища.html

post-679-0-22692300-1542627680_thumb.jpg

post-679-0-49480900-1542627689_thumb.jpg

post-679-0-21262900-1542627698_thumb.jpg

post-679-0-23020300-1542627712_thumb.jpg

Link to post
Share on other sites

Из воспоминаний Судоплатов П.А. о суде над ним с участием генерал-майора юстиции А.А. Костромина:

«12.09.1958 г. В здание Верховного суда на улице Воровского меня привезли в тюремной машине. На мне не было наручников, и конвоирам КГБ, которые меня сопровождали, приказали ждать в приемной заместителя председателя Военной коллегии, то есть за пределами зала судебных заседаний. Им не разрешили войти в зал вопреки общепринятой процедуре. Я был в гражданском. Комната, куда я вошел, совсем не напоминала зал для слушания судебных дел. Это был хорошо обставленный кабинет с письменным столом в углу и длинным столом, предназначенным для совещаний, во главе которого сидел генерал-майор Костромин, представившийся заместителем председателя Военной коллегии. Другими судьями были полковник юстиции Романов и вице-адмирал Симонов. В комнате присутствовали также два секретаря — один из них, майор Афанасьев, позднее был секретарем на процессе Пеньковского.

Я сидел в торце длинного стола, а на другом конце располагались судьи — все трое. Заседание открыл Костромин, объявив имена и фамилии судей и осведомившись, не будет ли у меня возражений и отводов по составу суда. Я ответил, что возражений и отводов не имею, но заявляю протест по поводу самого закрытого заседания и грубого нарушения моих конституционных прав на предоставление мне защиты. Я сказал, что закон запрещает закрытые заседания без участия защитника по уголовным делам, где в соответствии с Уголовным кодексом речь может идти о применении высшей меры наказания — смертной казни, а из-за серьезной болезни, которую перенес, я не могу квалифицированно осуществлять свою собственную защиту в судебном заседании.

Костромин остолбенел от этого заявления. Судьи встревоженно посмотрели на председателя, особенно обеспокоенным казался адмирал. Костромин объявил, что суд удаляется на совещание для рассмотрения моего ходатайства, и возмущенно заметил, что у меня нет никакого права оспаривать процессуальную форму слушания дела. Тут же он попросил секретаря проводить меня в приемную.

Судьи совещались примерно час, и за это время мне неожиданно удалось увидеть тех, кто должен был выступить против меня в качестве свидетелей. Первым из них в приемной появился академик Муромцев, заведовавший ранее бактериологической лабораторией НКВД — МГБ, где испытывали бактериологические средства на приговоренных к смерти вплоть до 1950 года. Я едва знал его и никогда с ним не работал, если не считать того, что посылал ему разведывательные материалы, полученные из Израиля по последним разработкам в области бактериологического оружия. Другим свидетелем был Майрановский: бледный и испуганный, он появился в приемной в сопровождении конвоя. На нем был поношенный костюм — сразу было видно, что его доставили прямо из тюрьмы. Мне стало ясно, что работа токсикологической «Лаборатории-Х» будет одним из главных пунктов обвинения в моем деле.

Увидев меня, Майрановский разрыдался. Он явно не ожидал застать меня в приемной, без конвоя, сидящим в кресле в хорошем костюме и при галстуке. Секретарь тут же приказал конвою вывести Майрановского и побежал докладывать Костромину. Он быстро вернулся и провел меня обратно в кабинет, где судьи уже ждали, чтобы продолжить заседание. Костромин объявил, что мое ходатайство о предоставлении защитника и заявление о незаконности слушания дела в закрытом заседании без участия адвоката отклонено лично председателем Верховного суда СССР. Это распоряжение только что получено по телефону правительственной связи. В том случае, если я буду упорствовать и откажусь отвечать на вопросы суда, слушание дела будет продолжено без меня и приговор будет вынесен заочно. Верховный суд, заметил он, по согласованию с Президиумом Верховного Совета как высшая судебная инстанция имеет право устанавливать любые процедуры для слушания дел, представляющих особую важность для интересов государства. Он задал мне вопрос, признаю ли я себя виновным. Я категорически отверг все предъявленные мне обвинения. Затем он объявил, что двое свидетелей, бывшие сотрудники органов госбезопасности Галигузов и Пудин, не могут присутствовать на заседании суда по состоянию здоровья. Двое других, академик Муромцев и осужденный Майрановский, находятся в соседней комнате и готовы дать свидетельские показания.

Далее Костромин заявил: суд не убедили показания Берии во время предварительного следствия по его делу, что вы не являлись его доверенным лицом, а лишь выполняли приказы, которые он передавал от имени правительства. Более того, сказал Костромин, суд считает, что Берия пытался скрыть факт государственной измены, и показания, имеющиеся в вашем следственном деле, не имеют значения для суда.

Эпизод со Стаменовым был лишь упомянут. Костромин подчеркнул факт несомненной государственной измены, добавив, что новые данные, свидетельствующие, что Берия обсуждал вопрос о контактах со Стаменовым и с другими членами правительства, будут доложены Верховному суду и, возможно, будет принято частное определение в адрес правительственных инстанций. Я решительно отрицал, что мною делались попытки установить тайные контакты в обход правительства, поскольку Молотов не только знал об этих контактах, но и санкционировал их, а санкционированный правительством зондаж в разведывательных целях нельзя классифицировать как факт государственной измены. Однако мое заявление суд проигнорировал. Более того, сказал я, лично товарищ Хрущев пять лет тому назад, 5 августа 1953 года, заверил меня, что не находит в моих действиях никакого преступного нарушения закона или вины в эпизоде со Стаменовым.

Побледнев, председатель запретил мне упоминать имя Хрущева. Секретари тут же перестали вести протокол. Я почувствовал, как кровь бросилась мне в лицо, и, не сдержавшись, выкрикнул:

— Вы судите человека, приговоренного к смерти фашистской ОУН, человека, который рисковал своей жизнью ради советского народа! Вы судите меня также, как ваши предшественники, которые подводили под расстрел героев советской разведки.

Я начал перечислять имена своих погибших друзей и коллег — Артузова, Шпигельглаза, Мали, Серебрянского, Сосновского, Горажанина и других. Костромин был ошеломлен; вице-адмирал Симонов сидел бледный как мел.

После небольшой паузы Костромин взял себя в руки и проговорил:

— Никто заранее к смертной казни вас не приговаривал. Мы хотим установить истину.

Затем вызвали свидетеля Муромцева и в его присутствии зачитали показания, которые он давал пять лет назад. К удивлению и неудовольствию судей, Муромцев заявил, что не может подтвердить свои прежние показания. По его словам, он не помнит никаких фактов моей причастности к работе секретной бактериологической исследовательской лаборатории.

Затем вызвали Майрановского. Он показал, что консультировал меня в четырех случаях. С разрешения председателя я спросил его: был ли он подчинен мне по работе, были ли упомянутые им четыре случая экспериментами над людьми или боевыми операциями и, наконец, от кого он получал приказы по применению ядов? К моему удивлению, адмирал поддержал меня. И весь хорошо продуманный сценарии суда рассыпался. Майрановский дал показания, что никогда не был подчинен мне по работе, и начал плакать. Сквозь слезы он признал, что эксперименты, о которых идет речь, на самом деле были боевыми операциями, а приказы об уничтожении людей отдавали Хрущев и Молотов. Он рассказал, как встречался с Молотовым в здании Комитета информации, а затем, вызвав гнев председателя суда, упомянул о встрече с Хрущевым в железнодорожном вагоне в Киеве. Тут Костромин прервал его, сказав, что суду и так ясны его показания. После этого он нажал на кнопку, и появившийся конвой увел Майрановского. Я не видел его после этого три года — до того дня, когда мы повстречались на прогулке во внутреннем дворе Владимирской тюрьмы.

Судьи были явно растеряны. Они получили подтверждение, что так называемые террористические акты на самом деле являлись боевыми операциями, проводившимися против злейших противников советской власти по прямому приказу правительства, а не по моей инициативе. Я также указал, что не являлся старшим должностным лицом при выполнении данных операций, поскольку в каждом случае присутствовали специальные представители правительства — первый заместитель министра госбезопасности СССР Огольцов и министр госбезопасности Украины Савченко, а местные органы госбезопасности подчинялись непосредственно им. Я предложил вызвать их в качестве свидетелей и потребовал ответить мне, почему они не привлекались к ответственности за руководство этими акциями.

Я также сослался на то, что именно в решении правительства в июле 1946 года был установлен особый порядок ликвидации наиболее опасных врагов государства внутри страны и за рубежом по линии органов госбезопасности и разведывательного управления Генерального штаба Красной Армии.

И снова судьи почувствовали себя не в своей тарелке. Я знал, что в протоколах моих допросов все упоминания о работе в период «холодной войны» 1946-1953 годов были крайне туманными и неконкретными. Мысль, проходившая красной нитью через все обвинения, сводилась к следующему: Майрановский при моей помощи убивал людей, враждебно настроенных к Берии. Я совершенно явственно чувствовал, что судьи не готовы признать реальный факт, что все эти ликвидации санкционировались руководителями, стоявшими в табели о рангах выше Берии, а он к эпизодам, рассказанным на суде, вообще не имел отношения.

Костромин быстро и деловито подвел итог судебного заседания. По его словам, меня судят не за эти операции против врагов советской власти. Суд полагает, что я руководил на своей даче другими тайными операциями, направленными против врагов Берии. Я тут же попросил привести хотя бы один конкретный факт террористического акта с моим участием против правительства или врагов Берии. Костромин жестко возразил: дело Берии закрыто, и точно установлено, что такого рода акции совершались неоднократно, а поскольку я работал под его началом, то также являюсь виновным. Однако суд в данный момент еще не располагает на сей счет соответствующими доказательствами. С этими словами он закрыл слушание дела, дав мне возможность выступить с последним словом. Я был краток и заявил о своей невиновности и о том, что расправа надо мной происходит в интересах украинских фашистов, империалистических спецслужб и троцкистов за рубежом. И, наконец, я потребовал реализовать мое законное право ознакомиться с протоколом судебного заседания, внести в него свои замечания. В этом мне было тут же отказано.

Костромин объявил перерыв. Меня вывели в приемную, где предложили чай с бутербродами. Адмирал подошел ко мне, пожал руку и сказал, что я держался, как и положено мужчине. Он успокоил: все будет хорошо. Через некоторое время меня ввели обратно в кабинет Костромина для зачтения приговора. Судьи встали, и председательствующий зачитал написанный от руки приговор, который в точности повторял обвинительное заключение прокуратуры с одним добавлением: «Суд не считает целесообразным применение ко мне высшей меры наказания — смертной казни и основывает свой приговор на материалах, имеющихся в деле, но не рассмотренных в судебном заседании».

Меня приговорили к пятнадцати годам тюремного заключения. Приговор был окончательный и обжалованию не подлежал. Стояла ранняя осень 1958 года. Со времени своего ареста в 1953 году я уже провел в тюрьме пять лет».

 

Источник: Судоплатов П.А. Спецоперации. Лубянка и Кремль 1930–1950 годы. — М.: ОЛМА-ПРЕСС, 1997.// http://militera.lib.ru/memo/russian/sudoplatov_pa/13.html

Link to post
Share on other sites

Фото 13. Генерал-майор юстиции А.А. Костромин(4-й справа) в группе советских офицеров и генералов с коллегами из военной юстиции ПНР. г.Краков. 1958-1961 гг.

post-679-0-98383000-1542629558_thumb.jpg

Link to post
Share on other sites

Фото 14. Генерал-майор юстиции А.А. Костромин(4-й слева) в группе советских офицеров и генералов с коллегами из военной юстиции ПНР. г.Краков. 1958-1961 гг.

post-679-0-07011900-1542629597_thumb.jpg

Link to post
Share on other sites

Фото 15. Генерал-майор юстиции А.А. Костромин(3-й слева) в группе советских офицеров и генералов с коллегами из военной юстиции ПНР. г.Краков. 1958-1961 гг.

post-679-0-54487200-1542629629_thumb.jpg

Link to post
Share on other sites

Фото 16. Генерал-майор юстиции А.А. Костромин(3-й слева сидит в первом ряду) в большой группе советских офицеров и генералов с 2 польскими полковниками (военной юстиции ПНР и NN). г.Краков. 1958-1961 гг.

post-679-0-90121100-1542629809_thumb.jpg

Link to post
Share on other sites

Фото 16а. Выкадровка с советскими генералами. Возможно, будут версии кто есть кто? Эти же люди, как я понимаю, встречаются и на других фото визита А.А. Костромина в Польшу.

post-679-0-98877000-1542629868_thumb.jpg

Link to post
Share on other sites

Фото 17. Генерал-майор юстиции Костромин, NN советский генерал-полковник , советские офицеры и полковник польский военной юстиции на банкете. г.Краков. 1958-1961 гг.

post-679-0-75019600-1542629921_thumb.jpg

Link to post
Share on other sites

Фото 18. Генерал-майор юстиции Костромин, NN советский генерал-полковник , советские офицеры и полковники польский военной юстиции на банкете. г.Краков. 1958-1961 гг.

post-679-0-54380800-1542629972_thumb.jpg

Link to post
Share on other sites

Фото 19. Генерал-майор юстиции А.А. Костромин(1-й слева) в группе советских офицеров и генералов с коллегами из военной юстиции ПНР. г.Краков. 1958-1961 гг.

post-679-0-21943400-1542630086_thumb.jpg

Link to post
Share on other sites

Фото 20. Генерал-майор юстиции А.А. Костромин(4-й слева) в группе советских офицеров и генералов с коллегами из военной юстиции ПНР. г.Краков. 1958-1961 гг.

post-679-0-61239100-1542630139_thumb.jpg

Link to post
Share on other sites

Join the conversation

You can post now and register later. If you have an account, sign in now to post with your account.

Guest
Reply to this topic...

×   Pasted as rich text.   Paste as plain text instead

  Only 75 emoji are allowed.

×   Your link has been automatically embedded.   Display as a link instead

×   Your previous content has been restored.   Clear editor

×   You cannot paste images directly. Upload or insert images from URL.

Loading...
×
×
  • Create New...